Приколы от дядьки Ritor’a

Я проснулся от телефонного звонка. Риэлтор спешил рассказать об очередном замечательном варианте, а так как мне уже порядком надоели пробуждения от этих ранних звонков, то я уже подумывал послать и продавцов, и все постройки земного шара куда подальше. Однако что-то в голосе человека, убеждавшего меня непременно взглянуть на квартиру, заставило меня таки согласиться. И уже через пару часов я нажимал на кнопку дверного звонка.

Дверь мне открыл молодой человек. Пожалуй, даже слишком молодой, чтобы заподозрить в нём риэлтора или же владельца. Но хозяином квартиры оказался всё же он, несмотря на лет четырнадцать-пятнадцать внешне.

Прохаживаясь по комнатам, я всё больше и больше укреплялся в мысли, что это идеальное место: прямо под окнами была стоянка, а сразу за ней начинался Ботанический сад, высокие потолки украшала лепнина в виде античных балюстрад, ванная комната поражала воображение и рушила мои скромные представления о размерах ванных комнат.

В квартире была даже гардеробная, правда всё её пространство занимала громоздкая кровать, которую непонятно, как сюда внесли, и тем более непонятно, как её отсюда можно было бы вынести.

— Сколько? — коротко спросил я у юноши и, услышав сумму, тут же сказал:
— Беру!

Возможно, надо было посоветоваться с женой, но как только она смогла подъехать и посмотреть нашу новую квартиру, то я понял, что сделал всё правильно, опередив других претендентов. Через пару недель все документы были оформлены, вещи перевезены и мы переступили порог уже в качестве новых жильцов. Конечно, ещё много оставалось нерешённых проблем, связанных с меблировкой, остеклением лоджии, с кроватью в гардеробной, но уже так хотелось начать обживаться, что мы не стали медлить с переездом.

Казалось, даже дышать стало в новой просторной квартире приятнее что ли, вольготнее. Где-то через месяц после начала нашей новой жизни, на деловой встрече мне пришлось изрядно выпить, естественно не ради удовольствия, а ради блага компании и сговорчивости клиента, и на ночь я был выдворен из супружеской спальни, чтобы не портить перегаром ночной воздух. Так как ближе всего ползти было в гардеробную, то туда я и отправился, забрался на кровать и сразу же заснул.

Утром, открыв глаза, я с ужасом ждал волны похмелья. Ну, бывает такое после хорошей пьянки, что просыпаешься, чувствуешь себя прекрасно, начинаешь вспоминать, что же вчера было, и через пару секунд — бабах! Начинается оно: Похмелье с большой буквы. Однако шли минуты, я лежал и чувствовал себя замечательно. Умывшись, я с аппетитом позавтракал и отправился на работу, хотя и так понятно, что мне сегодня давали отгул из-за моей вчерашней жертвы во имя доходов компании.

За день я завершил отчёт, провёл два совещания и после работы весь вечер ухаживал за женой и небезуспешно пытался её соблазнить. После двадцати лет брака, знаете ли, это не всегда бывает просто. Ночь была волшебной, но под утро я снова почувствовал себя обычным усталым человеком, который механически бредёт умываться, завтракать и с полузакрытыми глазами плетётся на поднадоевшую работу.
Вскоре мы поссорились, незначительно, как я уже знаю, до первой улыбки следующего дня, но ночевать я отправился опять в гардеробную. Хотя в других комнатах были весьма уютные диваны, я отправился именно туда. Мне понравилось там спать. И вновь утром и весь следующий день я был полон энергии, жизнерадостен и успешен во всех делах. Вечером мы занимались сексом, также страстно и многократно, как в самом начале наших отношений. Ночь я провёл опять вне спальни, решив проверить зарождавшуюся гипотезу.

С тех пор, спал я исключительно в этой комнате, сославшись на бессонницу, в любом ином месте квартиры. Впрочем, жена и так была не против отдохнуть в одиночестве после бурного вечера.

Через неделю я взялся составить сложный бизнес-план на дом. Попросил, чтобы меня никто не беспокоил и заперся в гардеробной с ноутбуком (люблю работать лёжа) и в течение нескольких дней выбирался из комнаты, только чтобы справить нужду и принять пищу. Работу я завершил за рекордно короткий срок и ни капли не устал. Бреясь перед зеркалом, я неожиданно заметил, что у меня исчезли седые волосы. Я стал обращать внимание на кокетливые взгляды молодых девушек по дороге на работу, секретарь шефа стала приносить мне кофе и подолгу задерживаться в моём кабинете, демонстрируя разрез своей блузки, вернее не его, а сами знаете что.

Я всё чаще стал брать работу на дом, так как с документами, над которыми я мог работать целыми днями в офисе, лёжа на кровати, я управлялся за считанные часы. И вскоре все окружающие стали замечать, я молодел. Мне удалось убедить жену, присоединиться ко мне, вначале по ночам, а уже очень скоро, когда она тоже почувствовала омолаживающий эффект, мы стали проводить почти всё наше время в комнате. Перенесли в неё телевизор, телефон, книжные полки, провели интернет. Выходить за её пределы не хотелось, так как вне её стен время неумолимо отсчитывало минуты жизни, внутри же, оно поворачивало вспять. Мы отказались от готовки, заказывая на дом пиццу и суши, по очереди выбегая, чтобы принять заказ. С работы мы естественно уволились, я успешно участвовал в электронных торгах, каждый день увеличивая счёт в банке. Настоящим мучением был поход в туалет и соблюдение личной гигиены — сколько времени тратилось на эту ерунду и на старение.

Так прошло много лет. Глядя друг на друга, мы задумались, что произойдёт дальше. Мы, как герой «Удивительной истории Бенджамина Батона» умрём от младенчества? Выглядели мы как два подростка. У жены была плоская мальчишеская грудь, мой голос выдавал петуха, а на лице появились прыщи. Пора было что-то делать.

Мы вышли из комнаты, и время неумолимо обрушилось на нас. Все клетки наших тел начали стареть. Нет, не стремительно, а как у всех, но мы это чувствовали особенно остро. Первую неделю мы провели возле порога комнаты, понимая, что перешагнув его, выйти обратно мы можем не решиться. От квартиры необходимо было срочно избабиться, и мы дали объявление о продаже.

Покупатель пришёл в этот же вечер. Мужчина с усталым лицом показался мне знакомым. Оттолкнув меня, он пробежал к гардеробной и как только он там оказался, преобразился. Он улыбнулся так, как улыбаются наркоманы, долго бывшие в абстиненции, получив наконец-то заветную дозу.

— Лет через тридцать приходите, — сказал он, — снова поменяемся.

Мы с женой взялись за руки и вышли на улицу. В этот раз я хотел получить медицинское образование, а жена думала поступать на исторический факультет. Впереди была долгая жизнь, может быть, вечная.

А всё началось с того, что сегодня рано утром, когда я абсолютно мирно спал дома на своей любимой табуретке, меня схватили и пока я толком не сообразил спросонья что случилось - запихали в тесную клетку и куда-то повезли.

Я конечно начал орать, когда окончательно врубился в ситуацию, но было уже поздно. Свет померк. Мотор равномерно гудел, солнечные блики стегали меня, через прутья моей темницы, по глазам. Я ехал в неизвестность.

***

В этой самой кутузке, меня год назад возили в какой-то жутко страшный дом, где жутко пахло смертью, пахло другими котами, собаками и еще каким-то странным зверьем.
Признаюсь честно, я тогда так пересрался от всей этой мешанины запахов, лекарств и незнакомой обстановки, что сразу не въехал что к чему и в смиренном охуе даже позволил безропотно вытащить себя из клетки и водрузить на железный стол…

…Мне нагло там задрали хвост. Самая страшная мысль, поразившая меня внезапно как гром среди ясного неба, не оставляла никаких шансов на победу. В мозгу отчетливо всплыл Тимохин рассказ о том как его возили на кастрацию. На аутодафе, бля! На казнь, считай!
…А тут всё было именно так, как и рассказывал мой друган! От чего я три ночи не мог спать спокойно. Что никогда бы не пожелал даже самому злейшему своему врагу!

Так как в рассказе у Тимохи! Большое количество ярких ламп по всему помещению, железный стол изодранный миллионами когтей невинных жертв… Был тут и тот самый мистический человек в белых одеждах с лицом закрытым марлевой повязкой, который уже тянул ко мне свои резиновые лапы дабы отрубить мне самое святое…

…Наверное наши дворовые коты правы в том что я или тормоз или похуист. Желание рвануться и в кровь порвать своих тиранов, посетило меня только в тот момент, когда мне уже в жопу всунули здоровенную иглу. Я не понял почему именно иглой пронзили мою сраку, но именно в ту секунду я абсолютно точно решил что настал момент навсегда попрощаться со своими яйцами. Бунт мой по-любому был бы бесполезен и всё уже кончено навсегда…

- Прощайте, родные! - Сумел крикнуть я из последних сил не взирая на боль в заднице. - Прощай, свобода!!!

Но видимо кошачий бог вступился за меня или что там еще случилось, но боль быстро отступила, меня так же быстро подхватили на руки, засунули обратно в клетку и в итоге увезли прочь от всего этого кошмара.

В тот день, я испытал такой стресс, что обратно всю дорогу по пути не проронил ни звука. Сердце моё учащенно колотилось, давление подскочило и я только находил в себе силы время от времени выгибаться чтобы убедиться в целостности и сохранности моего Эго. Яйца мои были целы и невредимы.
Когда мы заехали в наш двор и меня выпустили из клетки, я что есть мочи, не разбирая пути, ломанулся к помоечным контейнерам, чтобы там наконец успокоиться и обсудить с братвой всю эту ужасающую шнягу.

- Тебе прививку делали. - Успокоила меня домашняя кошка по имени Марта. - Это типа чтобы ты не подох раньше времени.
- А может ты не понял Рыжий, и тебе их всё-таки отрезали? - Мерзко намекнул Тимоха. - Добро пожаловать в клуб хорового пения котов-без-понтов.
- Отвали. - Буркнул я. - И без тебя тошно, Фаринелли.
- Дай я посмотрю, что там у тебя. - предложила вечно озабоченная Марта.
- Да на, смотри.

Я задрал хвост и явил ей свой лохматый горошек.

- Охуительно красивые яйца. - Задумчиво сказала Марта. - Всё с ними в порядке. Это я тебе как женщина говорю, ничего у тебя там не отрезали а просто привили тебя от кошачьего бешенства. - Она понюхала меня и муркнув, отошла в сторону.
- Кошачье бешенство, это когда на вас тут в марте смотришь… - Лениво произнёс Тимоха. - Точняк. Уж я-то знаю.
- Ах ты мерзкий вуайрист.
- Вуайерист хоть подрочить может. - А тут никакие прививки не спасают…
- А мои ферромоны? - бесстыжая кошка задрала хвост, крутанув задницей прямо перед Тимохиной мордой.
- Дебилка, бля. Колбаса для меня во сто крат лучше пахнет! - Плюнул ей в жопу, Тимофей. - Блядища серая!

***

Я сижу на дереве и с ухмылкой вспоминаю тот случай и тот разговор. А внизу мои домашние, до сих пор бегают по лесу и зовут меня на все голоса.
Маленькая хозяйка уже плачет. Хозяин пытается её успокоить… Обещает что найдет меня во что-бы то ни стало.

Да ща. Хер они меня найдут, если я сам не соизволю….

Вот, честное слово, мне интересно, - куда они меня сейчас хотели завезти? Ехали же долго очень! Я даже взремнул немного от всех этих нервных переживаний.
Не похоже совсем на тот случай, чтобы отрезать яйца коту - столько пилить в неизвестном направлении…
А ведь может и правда, взять и вернуться к ним? Тем более, что ужасно хочется ссать а сидя на берёзе коты, походу - далеко не птицы. На дереве - коту ссать, ни анатомия ни природа не позволит. Ямку в воздухе не выроешь, а если и попытаешься сдуру лапами копать - то ебанёшься вниз с пяти метров. Докопаешься, ебёна вошь, на свою голову….

Кстати, тут сверху открывается охуительный вид на родные просторы. За лесом - речка. Справа поле… Там домики какие-то вдалеке. И тишина. Красотища! Ни машин, ни собак, ни какого другого говна мешающего нормально жить!

Было бы что тут жрать - так я бы не думая и остался бы здесь. Подзаебала меня эта Москва. Хоть я и домашний, а ведь на улице мои шансы совсем такие же как и у бродячей коцнавы. Машин - шугаемся. Любой мудак может тебя ногой пнуть.. Крысы даже и те уже вообще ни в хуй нашего брата не ставят… Недавно у знакомого кота куринную кость из пасти вырвали и отпиздили до кучи.

С другой стороны, за деревьями на дороге видно хозяйскую “Чероки” на которой меня сюда привезли. А ведь, бля буду, ведь слезу - опять запихнут в каталажку… Только вот зачем они меня выпустили из неё - пёс его знает! Хотели бы избавится - не искали бы так, надрываясь битый час.

Оба-на! С соседнего дерева на меня уставился какой-то рыжий зверь. По виду, вроде крыса, но с нереально пушистым хвостом. Это же ебануться можно! - Крысы освоили деревья!

- Бля, животное, ты кто? - Спрашиваю.
Крыса молчит. Смотрит на меня охуевшими глазами.
- Отвечай давай. - говорю. - Тебе коцан вопрос задал.
- А ты кто? - Изумлённо, вдруг, вопросом на вопрос отвечает крыса. - Рысь?
- Кто, бля? Я те ща дам “брысь”… Одичали в лесу, мало что по деревьям скакать начали так совсем страх потеряли, суки беспринципные?
- Ты злой какой-то. - Говорит крыса. - Я таких агрессивных еще не видела.
- Я не злой. - Отвечаю. - Я вашего брата не ем. Не ссы, у меня другие гастрономические вкусы. Крысы не мой профиль.
- Крысы? А кто это?
- Да ты крыса…
- Мудила. Я - белочка!
- Кто бля?
Тут я начинаю понимать что меня привезли в какой-то странный мир, где всё с ног на голову перевёрнуто.
- Какая же ты белочка? Белочка, это домашняя, соседская кошка из нашего двора. Она Белочка - потому что белая! А ты рыжая! И на кошку, ну никак не похожа…
- Ну ты и идиот! - Крыса неожиданно ловко перепрыгивает на соседнее дерево. - Пять лет в лесу живу а таких дурачков не видела.
- Стой! - Кричу. - Так ты, что, не крыса?
- Да конечно не крыса. Я - белка. Говорю-же тебе!

Однозначно надо слезать и возвращаться к людям. Я даже и не подозревал что есть на свете такие странные животные. У нас то как обычно… Кошки, собаки, крысы и мыши. Вот все млекопитающие, которых я видел в городе. Правда есть еще какие-то хорьки… Один раз видел такую кишку на поводке, и то случайно. Тоже по ошибке, с котцанами приняли за кошку-дауна… Парой фраз с ней перекинулись, её затащили в подъезд и с больше мы это чудо не видели. Наверное люди жрут хорьков.

А вот тут, на тебе - “белка” какая-то, в трёх метрах от тебя. Хотя, вправду на крысу не очень похожа, если разобраться обстоятельно. Судя по ебальничку - существо, явно не агрессивное. Хвост опять же на кошачий смахивает, а цвет шкуры прям как мой, только темнее.

- Извини, ладно. Ты мне вот что скажи… у вас тут в лесу жрать что есть? А то у меня проблема…
- От людей прячешься? - Интересуется белка. - Проблема в пищевых цепочках?
- Сбежал от них. И в цепочках проблема в далекой перспективе.
- Ну смотря с какой целью интересуешься. Жрать есть. Грибы, шишки… Ягоды те-же.
- Шишки это - круто. - Бормочу первое что пришло на ум.
- Круто? - переспрашивает белка. - Это как? Шишки - круто?
- Да у нас в городе за гаражами какие то юные эмо, постоянно собираются в кучу, творят немыслимое и всё время приговаривают “Шишки это - круто”. И так несколько раз повторят пока дым изо ртов пускают… а потом, как накурятся то смеются как идиоты. Даже на землю от падают и катаются, а между прочим там собаками там так всё обосрано, что даже мы коты, в той локации только по крышам гаражей передвигаемся и то на задних цырлах… Знаешь, я чего-то не хочу твоих шишек, раз от них такие симптомы.
- Не, шишки это точно круто! - Смеётся белка. - Извини, ты прикольный. Зря я тебя мудилой назвала.
- Да хуйня. - Улыбаюсь. - Ты тоже позитивная.
- По деревьям скакать умеешь?
- Не. Если поскачу то ёбнусь вниз сразу, хлебом не корми… Мы только залезать умеем. И слезать. Слезать правда сложнее.
- Ха-ха-ха! - Заливается белка, перепрыгивая ко мне на дерево.

…Смотрю вниз на мелькающую красную куртку маленькой хозяйки. Она уже рыдает навзрыд, меня зовёт… Не, всё-таки, думаю - вряд ли меня везли отрезать яйца. Во-первых ехали писец как долго. А во вторых, если мне память не изменяет хозяин сказал что-то типа “Коту надо поссать”… А ссать действительно хочется. Прям сейчас взорвусь вонючими брызгами!

- Короче, подруга. - Говорю белке - Я попиздовал вниз. - Нужен я людям. Час тут сижу, а они меня ищут. Не могу товарищей подводить. Рад был знакомству.
- Смешной… - Повторяет белка. - Люди же опасны!
- Люди опасны, когда творят над тобой произвол без твоего согласия. А так, если чё - с ними жить можно. - Я вонзаю когти в кору дерева и опускаю жопу вниз.
- Спасибо за рассказ о шишках! - Кричит белка, наблюдая как я осторожно раскорячась, сантиметр за сантиметром слезаю вниз по дереву. - Шишки это круто! Девкам в лесу расскажу - обоссуться же от смеха!
- Да не за что…
Я спускаюсь всё ниже и ниже и громко кричу благим матом… Знаю потому что. Людям это нравится. Они сразу тебя начинают жалеть.

- Папа, папа! Рыжик! Вон он! На дереве!!!!
- Рыжик, рыжик, кис-кис… иди сюда…
- Да иду, блин, иду…

Спускаюсь уже на автопилоте, понимая что сейчас из меня потечет всё то говно что я перетерпел. Предусмотрительно отбегаю от протянувшей ручонки, маленькой хозяйки на пару метров и начинаю зверски рыть замшелую землю чтобы пристроиться на горшок. - Ссать! Ссать! Сс-с-сать бляяя!

- Анют. Дай Рыжику пописать… Слава богу что нашелся. Котик ты наш сладкий.
- Сладкий. Хуяткий… - Думаю сидя задрав хвост, обильно поливая лесной мох своей мочой. - Господи! Хорошо-то как!

Наверху между деревьями прыгает моя новая знакомая. А я тут ссу как последний эсгибиционист. Вроде же и не совсем корректно и неэтично, на виду у всех вершить свои дела. Хозяева те-же на меня, ссущего, уставились второём как на шедевр из Лувра. А хотя, мне похуй… Котик писает. Кого это должно ебать кроме самого котика?

Люди! Если ссущий в лесу кот, постигающий мир не обращает внимания на вас, на белочек, на приход Бодхисатвы с Юга и на бренный ход ваших мыслей, дум или пристрастий - то это означает только одно:

- Коту этому, будет в дальнейшем чему научить других котят, кошек и котов. А таким продвинутым самцам, как тот самый ссущий кот-философ, как показывает практика - симпатичные киски дают без лишних оговорок, да и кормят на порядок больше.
- Мяу.